ПАМЯТЬ ФРОНТА
3 сентября 2017 года свое 95-летие отмечает
ветеран войны и Вооруженных Сил, давний друг музея,
НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ МАЗАНИК
Уважаемый НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ!
От всего коллектива Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны примите самые искренние поздравления с Днем рождения и пожелания крепкого здоровья, добра и благополучия!
17 июля 2017 года в музее состоялась запись интервью с Николаем Александровичем Мазаником. С видеофрагментами интервью можно ознакомиться на нашем сайте.
Мазаник Николай Александрович – родился в 1922 году в деревне Равнополье Пуховичского района Минской области. Окончил среднюю школу № 32 г. Минска, в 1939 году поступил в Минское пехотное училище.
 |
Курсант Н.А. Мазаник. 1940 год |
В июне 1941 года в звании лейтенанта прибыл служить в Ленинградский военный округ. В боях под Ленинградом был контужен и ранен, после излечения участвовал в контрнаступлении под Москвой, где получил второе ранение. Впоследствии в отделе кадров Калининского фронта был отобран в 66-й отдельный батальон охраны штаба фронта, с которым участвовал в освобождении Беларуси, дошел до Кёнигсберга, являлся комендантом наблюдательного пункта командующего 1-м Прибалтийским фронтом генерала армии И.Х. Баграмяна.
В 1945 году в г. Риге встретил свою будущую жену Анастасию Федоровну Привалову. В семье выросли две дочери. Службу в Вооруженных Силах Н.А. Мазаник продолжал до декабря 1968 года. Ныне живет в г. Минске.
«Когда на болоте краски расцветали». День рождения.
По паспорту Николай Александрович еще будет отмечать 95-летие 3 сентября нынешнего года. А по факту своего рождения 24 апреля 1922 года он уже перешагнул этот «рубеж».
«Как получилось? Метрики в деревне Равнополье были, и паспорт я там еще получил. …Но во время войны паспорт был потерян. … В комсомольском билете был написан только год рождения – 22-й. И когда я оказался после первого ранения в Свердловске, в отделе кадров дали мне заполнить анкету, …а день и месяц рождения я не помнил, единственное вспомнил, что тетя говорила: «Ты родился, когда жито жали». Я подумал… и написал «3 сентября 1922-го года», когда, наверяка, жито сжали. …Когда я отслужил, вернулся к Ксене, тете. Зашел как-то разговор о моем дне рождения. Тетя сказала: «Что ты, когда жито жали, это Миша родился, старший, а ты родился, когда на болоте краски расцветали, это в конце апреля». Мы посчитали и пришли к выводу, что я родился 24 апреля».
Юный гармонист.
В родной деревне Равнополье Николай Мазаник окончил семь классов. Летом пионерском лагере, организованном для минских школьников, его отец Александр Мазаник работал шеф-поваром, а Николай был гармонистом. Это, возможно, определило его дальнейшую судьбу. В деревне школа была семилетней, а директор 32-й минской школы предложил мальчику продолжить учебу в столице. Так он стал жить у тети и учиться.
 |
|
Школьники на первомайских праздниках. В центре с гармошкой – Николай Мазаник. 1936 год |
«У нас появился чемпион».
Учеба шла хорошо. Вот только в Равнополье все преподавалось на белорусском языке. Поэтому с первым же диктантом по русскому языку возникли проблемы.
«Учитель Игнатович приходит с нашими тетрадками под мышкой и говорит: «Ну, дети, у нас появился чемпион. Ученик Коля Мазаник сделал 54 ошибки!» Весь класс га-га-га… Всего диктант был 110 слов и 54 ошибки… А уже в 9-м, 10-м классе я стал получать «тройку» твердую и «четверку» по русскому языку».
Египетский треугольник. Экзамены в МАИ.
В 1939 году после окончания школы Н.А. Мазаник поехал в Москву поступать в МАИ (Московский авиационный институт). В своих знаниях по математике был абсолютно уверен.
«Когда пришел на устную математику, беру билет, смотрю, что у меня стоит «тройка» по письменной математике, я что-то не доделал… Я сел на свое место, посмотрел в билет – мне нечего делать. Быстро разделался и говорю: «Я готов к ответу». Преподаватель глянул на мои черновики и говорит: «Идите к доске». И давай гонять меня у доски. Гонял, гонял… «И последний вопрос – на засыпку! Что такое египетский треугольник?» Ну я ему сказал: «Это прямоугольный треугольник со сторонами 3, 4, 5». Тогда он: «Вам общее «пять»! А экзамен по русскому – «тройка»… И я не поступил…»
«Объявляется дополнительный набор в Минское пехотное училище».
В августе 1939 года Николай Александрович вернулся домой. Многих его друзей призвали в армию, так как по новому закону «О всеобщей воинской обязанности» призывать стали в 18 лет, а до того – в 19. Льготы для тех, кто поступил учиться, отменили. Но Николаю было еще 17.
«А меня и в армию не призывали. Я смотрю, объявляется дополнительный набор в Минское пехотное училище. Я взял паспорт, документы, сдал туда, по здоровью прошел полностью. И меня зачислили курсантом. Вначале учились в Минске, потом перевели в Лепель (военный городок Боровка), а с Лепеля – в Череповец. В 1941 году там сдали выпускные экзамены. Я помню, 11 июня 1941 года вышел приказ Ворошилова о присвоении нам воинских званий и распределении по войскам».
«Взвод я принял на ходу».
13 июня 1941 года лейтенант Н.А. Мазаник прибыл в отдел кадров Ленинградского военного округа и был назначен командиром стрелкового взвода 708-го стрелкового полка. На подходе к военному городку увидел свой полк, который был поднят по тревоге и направлялся к границе. На ходу нашел командира полка, представился, принял командование взводом.
«Сто километров топали мы сутки, к границе Финляндии. Пришли, свалились. Утром сигнал, подъем и марш назад! Оттопали назад. Нашу роту оставили отдельно. Утром рано меня политрук будит: «Лейтенант, вставай, война!»
«Махнули под Москву».
В первых боях под Ленинградом Николай Александрович был контужен и ранен. После излечения в госпитале в г. Ижевске попал служить в Уральский военный округ (г. Свердловск) командиром взвода автоматчиков 1112-го стрелкового полка. В составе 30-й армии под командованием генерал-майора Д.Д. Лелюшенко участвовал в контрнаступлении под Москвой.
«Ехали мы без остановок. Останавливались только на замену паровоза... И так оказались в Иваново, а затем под Москвой. Первый бой у нас был на канале Волга-Москва. Немцы форсировали канал, а наши открыли шлюзы и спустили воду. Немцы оказались оторваны от своих и были уничтожены».
«Помню, рано утром мы шли, и нас обогнали машины. Я еще не видел их тогда, а потом услыхал: «Катюши»! Обогнали и прямо на глазах у нас остановились. И вдруг: искры, огонь, шум, треск… А взрыва как такового не было. Полетели искры в сторону фронта… Началось наше наступление 5 декабря, 7 декабря я был ранен у деревни Борщево и оказался опять в госпитале в Иваново».
 |
Группа бойцов на излечении в госпитале в Иваново. 1-й справа – Н.А. Мазаник. 1941 год. |
66-й отдельный батальон охраны штаба Калининского фронта.
Военная судьба распорядилась так, что дальнейшая служба проходила в 66-м отдельном батальоне охраны штаба Калининского (впоследствии 1-го Прибалтийского) фронта. Лейтенант Н.А. Мазаник отвечал за пропуск всех людей в штаб фронта, организовывал контрольно-пропускные пункты, работу регулировщиков. В период освобождения Беларуси был комендантом наблюдательного пункта генерала армии И.Х. Баграмяна.
«Это хороший человек – Баграмян».
«В 1944 году начальник штаба нашего батальона взял в охрану 5 человек рядовых. Один из них по национальности узбек, пожилой человек. На вопрос «Зачем ты его взял?» он отвечал: «Мне жалко его стало. Уже конец войны. 11 ранений у этого солдата. И ни одной награды! Я его увидел и взял». Узбека поставили во внешнюю охрану, где начальство ходит мало. И вот однажды Баграмян вышел пройтись и увидел этого часового с ранениями-полосками. Он его расспросил. Часовой все отвечает, как, что, где воевал. Баграмян ему говорит: «Когда сменитесь, скажите своему командиру, что я вас вызываю к себе». Часовой, действительно, пришел с поста и говорит, что его командующий к себе вызвал. Ему не поверили. Звоним. Адъютант Баграмяна подполковник Багреев подтверждает. Пропустили этого солдата. Ремешок ему получше дали. Проходит время, он возвращается – орден Боевого Красного Знамени у него, который вручил командующий. Все-таки, Баграмян разобрался…»
«Летчики – самый недисциплинированный народ!»
Война для Николая Александровича закончилась в Кёнигсберге. Перед штурмом крепости советская авиация нанесла бомбовый удар, наблюдать который довелось нашему ветерану.
«Главный маршал авиации А.А. Новиков говорит: «Пойдемте, сейчас 500 бомбардировщиков будут бомбить Кёнигсберг». Я помню, время было, что-то около часа дня. Мы поднялись наверх, смотрит он на часы. Верно, тогда без пяти час было. Он смотрит – нет. А тут же его генералы были, наш Н.Ф. Папивин, командующий 3-й воздушной армией. А.А. Новиков: «Смотрите, без пяти час, а их еще нет. Я вам говорил, что летчики – самый недисциплинированный народ!». И ровно в час первая группа самолетов наших летит. Немецкие зенитки начали стрелять…. Он глянул – ровно час. «О, я вам говорил, что летчики – самый дисциплинированный народ! Смотрите, тринадцать ноль-ноль – и они тут как тут!»
 |
Старший лейтенант Н.А. Мазаник – |
|
КПП-2 штаба 1-го Прибалтийского фронта.
|
|
Офицеры штаба 1-го Прибалтийского фронта.
|
«Выписал себе жену».
«В 1945 году штаб фронта переехал в Ригу и разместился в бывшем медсанбате. А медсанбат как раз грузили – и на Дальний Восток, на войну с Японией. Вот здесь я познакомился с девчонкой-медсестрой. Мы 2 дня встречались, были знакомы. Я писал почти каждый день ей письмо, она их сохраняла. Они и сейчас у меня есть эти письма. Война с Японией закончилась, а их не отпускали. Я рассказал своему командиру, что есть девчонка, на которой хотел бы жениться, но она – Там. И командир написал справку: «Выдано гражданке Приваловой Анастасии Федоровне о том, она является женой старшего лейтенанта Мазаника Николая Александровича и следует к месту службы мужа». Я ей послал это почтой. По этой справке ее отпустили, она заехала домой в Валдай, а потом ко мне на службу…. По этой справке мы начали семью».
«Страшный звук летящего снаряда…»
«Вспоминаются эпизоды, когда приходилось ходить в атаку. Я помню, как сейчас, когда первый, убитый на моих глазах человек, упал. Шли вместе в атаке. Вдруг он споткнулся, мне показалось, упал. Я приостановился, смотрю, а у него голова пробита. Я только глянул и пошел дальше, а что делать?.. Так попалось, что эта пуля попала в него…
Или, когда меня контузило, я трое суток не слышал ничего. Как раз была оборона наша, мы держались несколько суток, не отступали, в своих окопах окопались. Впереди меня, метров 30, ручной пулемет моего взвода, расчет: наводчик и помощник. Как раз дождик прошел небольшой. В окопах вода. Вдруг тихо стало. И сзади: пух-пух-пух! Я думаю, слава богу, наша артиллерия. Я вышел из окопа, слышу: у-у-у-х! Кто был под огнем, уже знает: где-то здесь, рядом упадет. Страшный звук летящего снаряда… Я назад бросился к своему окопу, и меня сбросило в окоп волной. А впереди – прямое попадание в мой расчет. Только я заметил, что подбросило, рухнуло, и я тоже рухнул. А это наш снаряд, нашей артиллерии… Меня контузило, а мой расчет – прямое попадание. А что делать? На кого жаловаться? Так что, воспоминания – всякие…»
 |
Н.А. Мазаник. 1970 год |
«Память фронта никогда не дремлет…»
Все пройденное и пережитое на войне – в стихотворении Николая Александровича.
|
Я первый выстрел встретил на границе, Но твердо знаю, что бессильно время И страшный звук летящего снаряда, |
|
И горе, что принес нам враг незваный, И пепел сел, и камни городов, И ноющие днем и ночью раны, И слезы наших матерей и вдов. И та, до невозможности, усталость, Я сделал все, до боли стиснув зубы, |
|
Забыть все это – больше, чем измена,
Чем трусость и предательство в бою.
Погибшим память – вечна и бесценна!
Живущему – дай теплоту свою!
|
||
Во время интервью в музее. 17.07.2017 года
Зав. отделом военно-фронтовой истории
С.М. Прибыш